Архитектор-визионер русского авангарда Яков Чернихов все-таки великий мистификатор. Даже после смерти его наследие живет какой-то фантасмагорической жизнью, становясь, к несчастью, темой не архитектуроведческих исследований, а страниц сводок криминальных новостей. В 2006 году из Российского государственного архива литературы и искусства (РГАЛИ) исчезло большинство (80% хранившихся в архиве) работ великого мастера, числом более 2000 листов. Некоторые подлинники были заменены грубыми копиями. Потом 274 подлинных рисунка удалось найти (некоторые всплыли на аукционе Christie”s). Главным хранителем «бренда» великого мастера принято считать основателя Международного фонда имени Якова Чернихова, известного и модного российского архитектора Андрея Чернихова, который Чернихову-первому приходится внуком. Именно Андрей Чернихов активно работал с хранящимся в РГАЛИ архивом деда. Возил его на выставки, репродуцировал в буклетах, делал информационные копии. Именно Андрей и поднял тревогу о пропаже, узнав некоторые листы из РГАЛИ среди выставленных на продажу лотов аукциона Christie”s.

Темная история с пропажей архива проявила других вовлеченных в проект «Яков Чернихов» персонажей. По сути дела, Андрей Чернихов имеет только фамилию деда и как может популяризирует его архив, подаренный государству. Подлинными хранителями наследия (включая часть, попавшую в РГАЛИ) являлись прямые потомки большой семьи Якова. Части архива архитектора были распределены между двумя дочерьми (Верой и Еленой) и двумя сыновьями (Алексеем и Дмитрием). Веры и Алексея нет в живых. О Елене нет информации. А вот Дмитрий Чернихов после случившейся в РГАЛИ кражи активно о себе заявил. В интервью радиостанции «Маяк» от 15 августа 2006 года он прямым текстом сказал о том, что считает неэтичным со стороны Андрея Чернихова отстранение себя как прямого потомка и наследника от имени архитектора и работы с его наследием. В архиве Дмитрия Чернихова, часть которого Софья Дмитриевна (мать Дмитрия) передала в архив МВД (пополнивший затем фонды РГАЛИ), хранятся шедевры «позднего» (30–50-е годы) Чернихова: графика с орнаментами, шрифтами, фантастические дворцы коммунизма и рисунки мельниц. Оставшиеся в семье Дмитрия Чернихова листы и стали темой (именно так) открывающейся сегодня в Музее архитектуры сенсационной выставки.

Они сногсшибательно виртуозны и оказывают какое-то психоделическое воздействие. Расчерченные по законам золотого сечения буквы сделаны, к примеру, по материалам надписи арки Траяна в Риме. Буквы наделены хтонической силой. И строящие их линии-канатцы напоминают натянутые веревки, опутывающие борющихся за свою свободу гигантов. Мельницы и дворцы коммунизма устрашают так же, как циклопические руины и башни в офортах Джованни Баттиста Пиранези: архитектура, преодолевающая силы гравитации и взбунтовавшаяся против своих хозяев — людей. А орнаментам с маниакально ввинчивающейся в пространство многолепестковой формой позавидовали бы гении компьютерной анимации. О предвосхищении Черниховым метода проектирования компьютерного дизайна написано в подробных аннотациях к выставке, сделанных куратором — Дмитрием Яковлевичем. Но самое потрясающее то, что верить глазам своим на этой выставке ни в коем случае не надо. Все выставленные листы — продукт высокотехнологического (компьютерного опять-таки) репродуцирования. Они все принты. Дмитрий Яковлевич, не желая, видимо, исчезновения таинственного духа, что осеняет историю фамилии, устроил еще одну мистификацию. Не отдал оригиналы (волнение за возможность новых краж?). Представил подобие гигантского макета разброшюрованной книги. Что тоже вполне оправданно — ведь большинство графических экзерсисов Якова Чернихова по искусству начертания, орнаментам и шрифтам было издано в виде роскошных фолиантов. Их и сейчас можно посмотреть в Музее книги Российской государственной библиотеки, через дом, кстати, от Щусевского музея.

Мэтр отечественного нонконформизма художник Андрей Гросицкий на персональной выставке в ГТГ (Крымский вал, 10) представлен работами разных лет, собранными сотрудниками Третьяковки и галереей pop//off//art. Творческий путь Гросицкий начинал с оппозиционных официозу акций: участвовал в выставке в Доме культуры ВДНХ (1975), в квартирной экспозиции в мастерской художника М. Одноралова. В работах шестидесятых годов Гросицкий, следуя по стопам лучших авангардистов первого и второго (послевоенного) созыва, вел интенсивный диалог с сезаннистской традицией, с мастерами круга «Бубнового валета». В семидесятые годы художник нашел свой стиль, который важен для него до сих пор. Он рисует гиперобъемные, гиперфактурные предметы, списанные цивилизацией на свалку бытия: ржавые ключи, коррозирующие трубы, сжеванные тюбики краски, прошедшие не сто дорог, а тыщу ботинки… Красочный слой у него густ как тесто. Ощупывать фактуру проржавленных средствами живописи предметов можно не только глазом, но и вполне на ощупь — цветное месиво вяжется, будто ландшафт пересеченной местности с рытвинами, косогорами, буераками и горами. С точки зрения «правильной» живописи это нонсенс: вопиющее хамство и неуважение к классическому иллюзионизму, где узнаваемый образ мира создавался тончайшими и легчайшими лессировками и виделся словно сквозь воображаемый экран. Там удовольствием было осязать и преодолевать глазом эту границу, всегда чувствовать ее, помнить о ней и с ней считаться. А у Гросицкого все табу нарушены, и артефакты городских свалок вываливаются в пространство здесь-бытия, словно отменяя базовую для живописи символическую конструкцию образа.

Этот неотесанный тон разговора с живописной традицией позволил некоторым коллегам назвать искусство Андрея Гросицкого версией «новой вещественности». Ошибочное, на мой взгляд, суждение. Тут ведь с аксиологической (ценностной) базой разобраться надобно. Да, работавшие с середины 20-х — в 30-е годы немецкие художники «новой вещественности» (Канольд, Дикс, Гросберг) тоже делали реализм «заклятым», доводили его до патологического модуса конкретизации, до тошноты бессовестного веризма, который можно сравнить с эпизодом из «Гулливера», когда в стране великанов герой видел кожу первых красавиц королевства словно в микроскоп стократного увеличения… Однако художники 20–30-х преследовали пожалуй что альтернативную искусству Гросицкого цель: путем превращения реализма в тошнотворный веризм они желали предъявить пустоту притязаний на поиск истины мира и истины искусства. Критик Л. Рейнгард провел водораздел между «романтическим» модернизмом и «прагматической» новой вещественностью: «Если ранние модернисты отрицали истинность реального мира, то новая школа утверждала ложность его». Вот ведь в чем штука: первые не отменяли Истину, только желали постичь ее за пределами видимого; а вторые радикально утверждали бесплодность попыток ее поисков. Потому считали, что честнее примирение глаза с тем, что разоблачает ложность метафизических претензий искусства, честнее обнаружение пустоты мира в модусе беспардонно детального «сканирования» материальной сущности мироздания. В этом предъявлении вещественных доказательств пустоты жизни «новая вещественность», конечно, была близка идеологии поп-арта. Кстати, советским поп-артистом Гросицкого называют тоже.

А зря. Аксиология вещи в картинах художника прямо противоположна и поп-артистской, и «ново-вещественной». Создавая гиперпортреты одиноких и брошенных предметов, живописец, по моему разумению, мыслит их порталами в трансцендентное. Честность потрепанной жизнью детали была, в частности, оппозицией фантомного существования в социуме Страны Советов. За старую, нелепую, по определению маргинальную, но зато такую родную, настоящую, надежную вещь художник цепляется как за последнюю надежду обрести смысл и душевный покой. В этой истовости Андрей Гросицкий близок другим русским романтикам XX столетия, в частности Михаилу Рогинскому, пробивавшемуся к духовной сущности материально-технической базы мира с той же бескомпромиссной искренностью.

Вакуумная бомба. Справка  

ВАШИНГТОН, 18 сен - РИА Новости, Аркадий Орлов. Пресс-секретарь Белого дома Дана Перино заявила во вторник, что ей ничего не известно об испытаниях в России новой сверхмощной бомбы и поэтому она никак не может прокомментировать факт таких испытаний.

"Первый раз слышу об этом и поэтому у меня нет ответа", - сказала пресс-секретарь Джорджа Буша журналистам в Белом доме, где на брифинге ее попросили прокомментировать показаный по телевидению в РФ взрыв российской неядерной супербомбы.

Россия на минувшей неделе произвела испытания новой сверхмощной вакумной бомбы, взрыв которой был показан по российскому телевидению.

МОСКВА, 23 сен - РИА Новости. Около 2,5 тысячи милиционеров и военнослужащих внутренних войск МВД РФ будут обеспечивать безопасность и следить за порядком во время проведения двух футбольных матчей в воскресенье в Москве, сообщил РИА Новости официальный представитель столичного ГУВД.

По его словам, 1,5 тысячи сотрудников правоохранительных органов будут дежурить на стадионе в Черкизово, где пройдет встреча столичных команд "Локомотив" и "Спартак" в рамках 24 тура чемпионата России по футболу.

"Кроме того, на стадионе "Динамо", где сыграют ЦСКА и пермский "Амкар", будет дежурить наряд в количестве 934 стражей порядка", - сказал собеседник агентства.

Обеспечить общественный порядок и безопасность на матчах будут, в том числе, сотрудники полка конной милиции и кинологи со служебными собаками.

По словам представителя ГУВД, дополнительные меры безопасности будут приняты также в столичном метро.

Собеседник агентства отметил, что пройти на футбол можно будет только через рамки металлоискателей. Милиционеры не пропустят на спортивное мероприятие граждан в состоянии алкогольного опьянения, а также имеющих при себе оружие и опасные предметы. Все происходящее на трибунах будет фиксироваться камерами видеонаблюдения.

REGNUM
Маргарет Тэтчер проконсультировала Юлию Тимошенко В Хабаровске пройдет митинг против повышения цен на хлеб “Россия собирается “мочить Азербайджан”

Продажа спиртного около стадионов будет запрещена, а купить и пронести с собой прохладительные напитки можно будет только в пластиковой таре.